Статьи по теме

06.12.2020

Бой в устье Невы или «Небываемое бывает»

Бой в устье Невы — морское сражение, состоявшееся 7 (18) мая 1703 года в устье реки Невы между тремя десятками лодок с солдатами Преображенского и Семёновского лейб-гвардейских полков под командованием Петра Первого и А. Д. Меншикова и двумя кораблями «Гедан» и «Астрильд» шведского флота, пришедшими в составе эскадры на помощь крепости Ниеншанц.
В ходе непродолжительного боя оба шведских корабля были взяты на абордаж.

Условно бой можно назвать первым морским сражением русского флота.

1 мая 1703 года Пётр I жестокой бомбардировкой заставил сдаться шведскую крепость Ниеншанц в устье Охты при её впадении в Неву, на месте нынешнего Санкт-Петербурга.

А уже вечером 2 мая невдалеке от устья Невы появляется эскадра из девяти шведских судов под командованием адмирала Нумерса, направленная на помощь осаждённой крепости. Эскадру замечает засада под командованием сержанта Михаила Щепотьева, оставленная Петром на острове Витсасаари (Гутуевский остров), о чём немедленно и доносит царю.


Шведы, не зная, сдалась крепость или нет, подали условный сигнал — два пушечных выстрела. Борис Петрович Шереметев распорядился ответить двумя выстрелами крепостной артиллерии, что и повторял потом ежедневно утром и вечером. Пароль угадали верно, шведы его приняли и, задержанные встречным ветром, встали на якоря, спустив шлюпку, которая должна была привезти на борт лоцмана. Засада с Гутуевского острова атаковала высадившихся со шлюпки, но преждевременно — удалось захватить лишь одного матроса. Сама шлюпка поспешно вернулась к эскадре.


Шведов не смутило присутствие на Гутуевском острове небольшого отряда русских бойцов. Ниеншанц исправно утром и вечером подавал опробованные условные пушечные сигналы, что убеждало шведских моряков в полном благополучии дела.
6 мая от эскадры отделились высланные на разведку десятипушечный бот «Гедан» («Щука») и восьмипушечная шнява «Астрильд» («Звезда»).

Однако они не успели до наступления темноты войти в Неву и встали на якорь в ожидании рассвета. Об этом тотчас дают знать Петру в Ниеншанц.
Пётр с Меншиковым (ибо «понеже иных, на море знающих, никого не было») с тридцатью лодками спустились ночью навстречу неприятелю.
Часть лодок под командованием поручика Меншикова остались у истоков реки Фонтанки, скрывшись за островом Ламмасари (Овечий), вторая половина во главе с бомбардир-капитаном Петром Михайловым (Пётр I) спустилась к деревне Калинкиной (Кальюлы) к морю.

На рассвете эта группа тихою греблею вдоль Васильевского острова на фоне леса обошла шведов и зашла на них со стороны моря. Под утро потемнел горизонт и пошёл проливной дождь, что сыграло на руку атакующим.

Группа Меншикова вышла с верховьев Фонтанки и атаковала шведов.
Шведы, ещё ночью заметив обходящие их лодки, сыграли тревогу и подняли паруса, намереваясь присоединиться к эскадре. Однако сильный встречный ветер и узости протоки им в этом препятствовали.

Шведская эскадра также подняла паруса, пытаясь прийти на помощь попавшим в ловушку товарищам, однако войти в Неву не решилась.

Шведские корабли открыли сильный заградительный артиллерийский огонь. Несмотря на это, а также полное отсутствие своей артиллерии, русские лодки бросились в атаку на шведские суда. Миновав зону обстрела корабельных пушек, лодки достигли бортов кораблей, и начался жестокий абордажный бой.

При помощи только мушкетной стрельбы и гранат русские солдаты взяли оба шведских судна на абордаж. Свершилось небывалое — с лодок, не имевших артиллерийского вооружения, были захвачены в абордажном бою два военных корабля, оснащённых восемнадцатью пушками. Царь, «не щадя своей монаршей милости», одним из первых влетел на палубу «Астрели» с топором и гранатою в руках.
Жесткий характер битвы подтверждает сам Пётр в письме Фёдору Матвеевичу Апраксину:
«Понеже неприятели пардон зело поздно закричали, того для солдат унять трудно было, которые, ворвався, едва не всех покололи, только осталось 13 живых. Смею и то писать, что истинно с 8 лодок только в самом деле было. И сею, никогда бываемою викториею вашу милость поздравляю»


Взяв вражеские корабли в качестве трофея, русские воины привели их в полдень следующего дня (8 мая) к стенам крепости, получившей название Шлотбург. Обескураженный потерей двух кораблей, адмирал Нумерс увёл эскадру в море, но продолжал оставаться всё лето у устья Невы.
Сами же захваченные в бою корабли были тяжело повреждены. Несмотря на то, что оба они стали ядром зарождающегося флота, активно в русском флоте им служить не пришлось.
30 мая царь отпраздновал первую морскую победу троекратным залпом из пушек и ружей. Пётр I и Меншиков были награждены военным советом орденами Святого Андрея Первозванного.

 


Награждение проходило 10 мая в походной церкви. Вручал ордена первый кавалер этого ордена генерал-адмирал Головин после торжественного молебна в крепости Шлотбург (НИЕНШАНЦ).


На эту награду Пётр в письме графу Апраксину отреагировал так:
«Хотя и недостойны, однако ж от господина фельдмаршала и адмирала мы с господином поручиком учинены кавалерами Св. Андрея».
Все офицеры, участвовавшие в бою, были награждены золотыми медалями с цепями, а солдаты — серебряными медалями без цепей.

На одной стороне медали находился барельефный портрет Петра I, а на другой — фрагмент боя и надпись: «Небываемое бывает. 1703».

По правительственному заказу были изготовлены гравюры с изображением взятых судов и видом боя.

Дата 18 мая (7 мая по старому стилю) считается датой рождения Балтийского флота.

Приказом Главнокомандующего ВМФ России от 19 декабря 1995 года день 18 мая объявлен днём создания Балтийского флота и с 1996 года ежегодно отмечается как День Балтийского флота.

 

История, История СПб, События , , , ,
About Старикова Юлия

One Comment
  1. 315 лет назад, 18 мая 1703 г., в устье Невы произошло событие, в память о котором начеканят золотых и серебряных наградных медалей с портретом Петра I и надписью: Небываемое бывает . Спустя же много-много лет, с 1996 г., этот день станет отмечаться как День Балтийского флота. Именно тогда состоялось первое морское сражение русского флота, окончившееся полной и безоговорочной победой наших. Во всяком случае, так принято считать. Иногда утверждение приводится с оговорками. Дескать, участвовал в нём не то чтобы настоящий флот. Скорее это была импровизация на тему флота, а заодно и морской пехоты. Надо сказать, что некоторые основания для этого есть.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *